О филиокве и Символах веры

Хотелось бы рассмотреть еще и этот вопрос. Просто в вопросах диалога с православными зачастую возникает определенный перечень вопросов, среди которых и филиокве. Про непогрешимость Папы и Непорочное Зачатие Девы Марии мы уже говорили, теперь очередь филиокве.

На каких словах из Евангелия основан филиокве, я представляю. Вопрос вот в чем - недавно на католике при обсуждении этого вопроса одна из посетительниц вскользь заметила, что этот вопрос был решен между католиками и православными на Ферраро-Флорентийском соборе. Очень хочется узнать - до чего они там договорились?

М.Н. Гаврилов

ПРАВОСЛАВИЕ и ФЕРРАРО-ФЛОРЕНТИЙСКИЙ СОБОР

В 1448 г. Русская Церковь, под прямым давлением светской власти, в лице вел. кн. Московского, Василия II, признала себя автокефальной, т. е. „самоглавной", независящей от какого бы то ни было над ней стоящего сверхнационального авторитета и, в частности, от Константинопольского Патриарха.
А за 9 лет перед этим, в 1439 г., на Ферраро-Флорентийском Соборе, было торжественно провозглашено соединение восточной и западной Церквей под общим управлением и главенством Святейшего Отца, Вселенского Архиерея, Папы Римского.
В выпущенном в июле 1952 г. Апостольском Послании ко всем народам России нынешний Вселенский Первосвятитель, Папа Пий XII, ясно утверждает, что до 1448 года, во всяком случае, никакого официального разрыва между Русской Церковью и Св. Римским Престолом не было, формального разделения между ними, стало быть, не существовало.
Вследствие этого, для восточных христиан, не приемлющих общения со Св. Апостольским Престолом, как Богом установленным центром вселенского христианства, в особенности же для русских, болеющих вопросом о разделении, Ферраро-Флорентийский Собор становится в центре внимания и приобретает особо важное значение.
Как и почему собрался этот собор? Были ли изучены и исследованы на нем все действительно существовавшие различия в вере, являвшиеся поводом к разделению "греков" и "латинян''? Как и отчего произошло самое соглашение: потому ли, что одни, т. е. "латиняне", заставили замолчать своих упрямых восточных братьев и сумели на­вязать им свою, для них чуждую, "латинскую веру",—или потому, что, после всестороннего исследования, выяснилось, что никаких "различий", по существу, нет и не было, а есть лишь различные формы выражения одних и тех же одинаково православных истин?
В наше время относительно Ферраро-Флорентийского Собора существуют различные исторические толкования, при чем некоторые из наиболее ревностных противников «католичества» и «папизма»- совершенно не допускают беспристрастного, объективного отношения к делу. Дли них давно все ясно. Они уверены, что формальное разделение между «православием» и «католичеством» существует уже с одиннадцатого века, что на Ферраро-Флорентийеком соборе греки «предали» Православие под влиянием насилий и угроз, что киевский Митрополит Исидор поехал на собор по собственному желанию, действуя лично от себя и не имея никаких полномочий от Русской Церкви. Поэтому, думают они, на Флорентийский Собор ссылаться нельзя. Эти люди считают свои объяснения совершенно безошибочными и объективными. Дело дошло будто даже до того, что недавно некоторые из представителей высшего русского православного духовенства требовали, под угрозой церковного отлучения, чтобы русские православные, одобрявшие толкование вопроса в изложении папского «Апостольского Послания к народам России», заявили о своем безоговорочном принятии «православной» точки зрения. Под «православной» же точкой зрения понимается, само собою разумеется, та, которую проповедуют грозящие отлучением иерархи.
В виду всего этого, в высшей степени важно выяснить, как же дело происходило в действительности. Столь важное, если не решающее событие, как Ферраро-Флорентийский Собор, нельзя истолковывать, как каждому хочется, следуя своим привычкам и настроениям, хотя бы и впитанным с детства. Как сможем мы найти путь к примирению, если не станем исследовать—и, при этом, без всякого гнева и раздражения—в чем же, собственно, состоит конфликт между Востоком и Западом, и были ли для него серьезные основания? Действительно ли дело шло о защите веры?

Для того, чтобы прийти к соединению, нужна помощь Божия, а для того, чтобы получить эту помощь, нужно возгревать жажду единения. Дар единения—есть дар Божий, но Господь никогда не пошлет нам этого дара, если мы не заслужим его своим стремлением познать истину и послужить ей одной, независимо от того, в какой среде мы находимся, состоим ли мы в объединении с Римом,или нет.
Вопрос о том, как отнеслась Русь к Флорентийскому Собору, уже был рассмотрен в журнале «Россия и Вселенская Церковь» (см. № 2, стр. 24-38; № 3, стр. 19-23 за 1953г.). В настоящей статье мы сочли нужным дать краткие исторические сведения о том, как и почему был созван этот собор, о происходившем на нем обмене мнений, о состоявшемся соглашении об объединении Востока и Запада в единой Вселенской Церкви под управлением и властью Папы Римского, и, наконец, о том, почему и в какой мере это объединение потерпело неудачу.
Надо иметь в виду, прежде всего, то, что психологическая атмосфера и Запада и, в особенности, Востока была крайне неблагоприятна для христианского воссоединения. И "греки" и "латиняне" не любили друг друга и плохо друг друга понимали. С другой стороны, уже с конца XIV в. Папа в значительной мере утратил значение и авторитет Вселенского Отца государей и народов, которыми он пользовался в средние века: в половине XV в. папам уже было очень трудно призвать государей к общему делу, например, к крестовому походу для защиты христианства.
Что касается латинян, постоянно проживавших в Греческой Империи—речь, идет о венецианцах и о генуезцах— с которыми греки имели постоянные сношения и дела, то они ничего кроме ненависти в греках не возбуждали, так как все их стремления были направлены к тому, чтобы использовать упадок Империи в своих торговых целях и тем ускорить ее гибель.*
Турецкая угроза особенно страшно нависла над Византией с конца XIV в. Еще раньше император Михаил Палеолог просил помощи у Западной Европы. Папа Бонифаций IX, в бреве (кратком послании) от 1-го апреля 1398 года, проповедовал крестовый поход против турецкой опасности. Однако, помехой к получению помощи с Запада являлось неизменно враждебное отношение со стороны греков к Западной, Католической Церкви и к ее учению. Но с XV в. положение Империи и ее столицы, Константинополя, стало столь серьезным и опасным, что греческие правители начали серьезно думать о необходимости церковного единения с Западом, чтобы таким образом получить нужную им военную помощь для отражения турок. Итак, главною целью было не церковное единение во Христе, а защита отечества отвнешнего врага. Уже это одно ставило под вопрос возможность истинного христианского воссоединения. Впрочем, среди представителей высшего византийского духовенства были также и люди, думавшие прежде всего о Церкви и ее единстве. Таков был знаменитый ученый никейский митрополит Виссарион, таков был и константинопольский патриарх Иосиф II; что касается императора Иоанна VII Палеолога, то он, конечно, очень желал добиться воссое­динения ("Унии"), но исключительно в целях политических, т. е. в целях получения военной помощи против турок.
Для осуществления церковного воссоединения необходимо было созвать Вселенский Собор для подробного и свободного обсуждения на нем всех спорных вопросов, касавшихся церковного управления и дисциплины, богослужения и, наконец, главное, вероучения. Папа Евгений IV (1431 —1447) отнесся очень благосклонно к идее созыва такого собора, и было решено созвать собор в Италии, в Ферраре, 1-го января 1438 г.
Уже в июле 1437 г. папские корабли прибыли в Константинополь за греками, привезя одновременно и солдат и денежную помощь для борьбы с турками. Греки отплыли 24 ноября того же 1437 г.: император Иоанн VII Палеолог, восьмидесятилетний старец-патриарх Иосиф II и многочисленная свита, состоявшая из представителей высшего духовенства и вельмож; среди них были упомянутый уже выше Виссарион, горячий сторонник соединения, его не менее
горячий и почти фанатический противник, ефесский архиепископ Марк Евгеник, Дионисий сардский, Дорофей митиленский и др.; среди монашествующего духовенства было много игуменов из Константинополя и Афона; среди светских лиц выделялись такие знаменитые ученые, как, например, Схоларий; патриархи александрийский, антиохийский и иерусалимский прислали своих представителей—епископов; и всего, по словам историков Собора, приехало семьсот человек с греческого Востока. Все они высадились в Венеции 8 февраля 1438 г. после трудного и долгого морского пути.
4 марта император Иоанн VII Палеолог совершил свой торжественный въезд в Феррару.
Заседания Собора происходили в соборе ев. Георгия. Было решено подвергнуть обсуждению лишь четыре наиболее существенных вопроса. Спорными, разделявшими в то время "греков" и "латинян", считались вопросы:
1) об исхождении Св. Духа (Филиокве);
2) об употреблении пресного или квасного хлеба в таинстве Св. Евхаристии (об "опресноках");
3) о первенстве Папы Римского;
4) о чистилище.
Император хотел, чтобы начали с менее важных вопросов, и, по выбору греков, первым подвергнутым обсуждению вопросом был вопрос о чистилище. Вопрос обсуждался в течение двух месяцев, после чего греки признали, что "латинское" учение о загробной судьбе умерших людей ничем не отличается от "православного"...



18 августа 1438 г. в Феррару прибыли и представители Русской Церкви: киевский митрополит, грек Исидор**, и с
ним—епископ суздальский Авраамий, сопутствуемый суздальским же священником Симеоном, составившим позже повесть о Флорентийском Соборе; архимандрит неизвестного монастыря Вассиан, а из светских лиц, кроме собственных бояр митрополита,—княжеский посол Фома, повидимому, тверской боярин. Митрополит повез с собою так­же огромное количество товаров, или, как говорили тогда, «рухляди», которую он по мере надобности, собирался превращать в деньги, как это делали тогда все наши путешественники, отправлявшиеся в Европу. Поэтому у Исидора был огромный обоз—из двухсот коней.

Затем Собор приступил к обсуждению вопроса о Филиокве. Этот вопрос заключал в себе, собственно говоря, два вопроса: 1) допустимо ли вставлять пояснительные слова в Символ веры? 2) заключает ли в себе ересь самое учение об исхождении Святого Духа от Отца и Сына, или же это учение православно и содержится также и в Церковном Предании? «Латиняне» хотели начать обсуждение со второго вопроса, так как считали, что если самое учение о Филиокве православно, то вопрос о законности самой прибавки об этом в Символе теряет какое бы то ни было серьезное значение. Но греки, руководимые Марком-Ефесским; отказывались обсуждать вопрос по существу, т. е. о том, православно ли учение об исхождении Св. Духа от Отца и Сына; они настаивали на том, чтобы прежде было уcтановлено—допустимо ли, чтобы в Символ веры вносились какие быто нибыло пояснительные слова и дополнения, хотя бы и вполне православного содержания, хотя бы и законной церковной властью, будь то и Вселенский Собор. Основанием для недопустимости какой бы то ни было пояснительной вставки в Символ веры являлось, но мнению Марка Ефесского и согласных с ним греков, знаменитое седьмое правило третьего Вселенского Собора 431 г.
В этом седьмом правиле сказано так: «Св. Собор определил— не позволять никому произносить, писать или слагать иную веру, кроме определенной св. отцами, сошедшимися в Никее (т. е. на первом, Никейском Вселенском Соборе в 325 г.). Кто дерзнет составить новую веру, то таковые, если они епископы или клирики, да будут отлучены епископ от епископства, клирики от клира, а миряне да подвергнутся анафеме» (См. «Деяния Всел. Соб.» Казань 1887 г. т. I, стр.302).
Этот аргумент, на который опирались греки на Флорентийском Соборе, и теперь продолжает служить опорой для тех православных, которые во что бы то ни стало хотят найти различие в вере между "католичеством" и "православием" (См., например, «Очерки христианского вероучения» о. прот. Николая Сахарова. Париж, 1921 г., стр. 33).
На самом деле, однако, ссылка на седьмое правило Ефесского Собора не может иметь в данном случае никакого значения. Во-первых, III Вселенский Собор запрещает составлять новую веру, т. е. вводить в Символ противоречащие православию еретические учения, а вовсе не запрещает вставлять пояснительные дополнительные слова и выражения. Во-вторых, самое запрещение может касаться лишь отдельных лиц и единичных епархий, но, конечно, не может относиться к высшей учительной власти Церкви. Наконец, Собор имел в виду лишь Символ Никейский, а вовсе не тот Символ, которым пользуются теперь православные, т. е. так называмый Символ Никео-Цареградский, заключающий в себе пояснительные прибавки Константинопольского Собора 381 г. Известный православный историк Церкви, проф. А. П. Лебедев пишет так: «Символ Константинопольский не был читан на Соборе. Мнение,... что Символ Никейский с прибавками Константинопольского Вселенского Собора утвержден от Собора Ефесского—неверно. Неверно,:., что в правиле 7-ом III Вселенского Собора разумеется Символ Никео-Цареградский» (См. «Вселенские Соборы IV и V века» А. П. Лебедева. Сергиев Посад, 1896 г., стр. 176, прим.116, а также стр. 285-322).

Таким образом, если поверить, что 7-ое правило III Все­ленского Ефесского Собора раз навсегда запретило какие бы то ни было пояснительные прибавки и дополнения к Символу веры, то придется признать, что современное Православие полностью нарушает это правило Вселенского Собора, так как принятый на православном Востоке Символ веры содержит в себе множество пояснительных прибавок и дополнений, которых совсем не было в Никейском Символе, к каковому III Вселенский Собор и относил свое знаменитое 7-ое правило.
Как бы то ни было, обсуждению именно этого вопроса, т. е. вопроса о допустимости самой прибавки Филиокве к Символу, независимо от православия или неправославия ее содержания, заняло целых тридцать заседаний Собора, при чем греки стояли на своем, считая прибавку незаконной. Полная безрезультатность всех этих совещаний и обсуждений привела к тому, что греки стали серьезно говорить о возвращении в Константинополь. Марк Ефесский другого и не желал. Но в дело вмешался император и, несмотря на сопротивление Марка Ефесского, заставил епископов перенести обсуждение в чисто богословскую область, а именно, вместо вопроса о допустимости самой вставки, исследовать вопрос о том, православно ли, или нет, самое учение об исхождении Св. Духа от Отца и Сына. 10-го января 1439 г., на шестнадцатом заседании Собора, было решено, по предложению папы и с согласия императора, перенести его из Феррары во Флоренцию. Главной причиной этого решения явилась свирепствовавшая в это время в Ферраре эпидемия чумы, унесшая уже многих из участвовавших в работах Собора, в особенности среди русских.
Семнадцатое заседание Собора открылось 26-го февраля в папском дворце во Флоренции. Прения об исхождении Св. Духа безрезультатно продолжались до двадцать третьего заседания включительно. Греки не соглашались признать православие учения об исхождении Св. Духа от Отца и Сына, во-первых, и главным образом, потому, что полагали, что, по учению «латинян», Св. Дух отдельно исходит от двух начал—от Отца и Сына, и что Сын является, таким образом, как бы самостоятельной отдельной причиной исхождения Св. Духа. Конечно, в таком виде учение о Филиокве было бы ересью против учения о Св. Троице. Во-вторых, греки считали, что никто из восточных отцов Церкви учения об исхождении Св.Духа от Отца и Сына не признавал.
Однако, на двадцать третьем заседании им было разъяснено, что «латиняне» точно так же, как и греки, анафематствуют учение о двух началах исхождения Св. Духа. По учению "латинян", как и по учению греков, Бог Отец есть единственная причина и рождения Сына и исхождения Св. Духа. Но так как Сын Божий единосущен Отцу, то Он совместно с Отцом, как одно Начало, единым Дыханием является и причиной исхождения Св. Духа. Было указано и на То, что учение об исхождении Св. Духа содержится и у восточных отцов Церкви, которые только выражаются иначе, говоря, что Дух Снятый исходит от Отца через Сына. Марк Ефесский отвергал эти тексты, голословно утверждая, что они—подложны. По этому поводу митрополит никейский Виссарион ответил ему однажды: «Как дерзать утверждать, что целые беседы, толкования на Евангелия, целые богословские учения (по вопросу исхождения и от Сына) были искажены? Если мы все это смоем в наших книгах, то что нам останется, кроме белого пергамента?»
После 23-го заседания большинство греческих епископов стало склонятся к тому, что западное учение о Филиокве вполне православно. Марк Ефесский перестал присутствовать на заседаниях. В Страстной Понедельник 30-го марта греки собрались у патриарха (он все время болел), чтобы обсудить дальнейший образ действий. Митрополиты Исидор и Виссарион стояли за соединение; но митрополит Досифей возразил: «Лучше умереть, чем облатиниться!» На это Исидор ответил: «Мы тоже не хотим облатиниться, но мы говорим: так как не только св. отцы Запада, но также и восточные одинаково присвояют Сыну нахождение Св. Духа, то справедливо, следуя за нашими святыми, соединиться с Римской Церковью». Однако собрание не пришло ни к какому решению.
Несмотря на это, сторонников соединения становилось все больше и больше. Главными проповедниками соединения были Виссарион, Исидор и Георгий Схоларий. В среду 3-го июня патриарх ясно заявил, что он является сторонником соединения и что он верует в истинность и православность выражения Филиокве. 9-го июня он скоропостижно скончался, оставив после себя собственноручное заявление, в котором он признавал веру и учение св. Католической и Апостольской Римской Церкви и заканчивал: «Я признаю также блаженного Отца Отцов, Всевеликого Архиерея и Наместника Господа нашего Иисуса Христа, Папу Ветхого Рима, учрежденного для того, чтобы удостоверять истинную веру всех»...
После этого довольно легко было достигнуто соглашение об опресноках, при чем было признано, что таинство Причащения одинаково действительно и свято, независимо от того, совершается ли оно на квасном или на пресном хлебе.
Затем был обсужден и решен вопрос о главенстве Римского Папы во Вселенской Церкви; после чего, 5-го июля 1439г., постановление о соединении было подписано латинянами в церкви Санта Мариа Новелла. Его подписали папа, 115 кардиналов, архиепископов, епископов, глав ла­тинских орденов и аббатов; греки, в числе 33, из которых было 18 епископов, подписали его у императора; среди них —и представители Русской Церкви—митрополит Исидор и епископ Авраамий. Архиепископ Ефесский, Марк, отказался дать свою подпись. Несколько греков, среди которых был один епископ (Исайя Ставропольский), убежали из Флоренции до конца. Собора. 6-го июля, в флорентийском кафедральном соборе, после обедни, которую служил сам папа, в присутствии всех латинских и греческих членов Собора, было прочитано постановление о соединении на латинском языке кардиналом Чезарини, и на греческом —митрополитом никейским Виссарионом, после чего оба иерарха облобызались, символизируя осуществившееся соединение. Затем все греки, во главе с императором, и все латиняне преклоняли колено пред папой, целуя ему руку. 26-го августа греки выехали в Венецию, откуда, 11-го октября, отплыли к себе на родину. Приведем некоторые, наиболее важные части состоявшегося определения.
«... Во имя Св. Троицы, Отца и Сына и Св. Духа, и с одобрения священного Вселенского Собора Флорентийского, Мы постановляем, что сия истина веры должна быть верованием всех христиан и принята всеми ими и что всем подобает исповедывать ее так: а именно, что Св. Дух есть предвечно от Отца и Сына, что Он имеет Свое бытие и свое существо от Отца и вместе от Сына и что он исходит (Ekporeuetai) вечно от обоих, как от одного начала (Arches) и единым выдыханием (Poboles). Вместе с тем Мы объявляем, что то, что свв. учители и отцы говорят, а именно, что Св. Дух исходит от Отца через (dia) Сына, приводит к тому же смыслу. Так что этим выражением обозначено, что Сын, согласно грекам,— причина (Aitia), а, согласно латинянам, — начало (Arche) бытия Св. Духа, как и Отец. И так как все, что имеет Отец, кроме отцовства, Он дал Своему Единородному Сыну при рождении, то это выражение, что Св. Дух исходит и от Сына, означает, что Сын имеет его извечно через (рага) Отца, коим Он предвечно рожден».
«Еще Мы определяем, что объяснительное слово Филиокве было добавлено в Символ законно и мудро, дабы истина была выяснена, и по причине тогдашней необходимости...»
«Определяем, что Святейший Апостольский Престол и Римский Архиерей обладают во всем мире первенством и что сам названный Архиерей есть преемник св. апостола Петра, князя апостолов, истинный Наместник Христа, равно как и глава всей Церкви, Отец и Учитель всех христиан; что он в лице блаженного Петра от Самого Господа нашего Иисуса Христа получил полноту власти пастырства, руководства и управления во Вселенской Церкви...»
«Дано во Флоренции. . . 1439 г. июля 9. . . » Следуют подписи..."

http://www.orthodoxia.katolik.ru/sobor.htm

Спасибо, исчерпывающе. Только непонятен вопрос - если
,
то почему они до сих пор разделены?

Среди греков было большое сопротивление объединению, так что вернувшихся с Собора встретили, мягко говоря, неласково.

Карташов в "Истории Русской Церкви" пишет:

"Митр. Исидор приехал в Москву 19 марта 1441 г. в третье воскресенье великого поста. По обряду папского легата, он въехал в город с преднесением латинского креста и проследовал прямо в Успенский собор для богослужения. На литургии митр. Исидор велел поминать на первом месте не имя КПльского патриарха, а имя папы Евгения IV. После литургии митрополит приказал своему протодиакону прочесть во всеуслышание с амвона соборный акт 5 июля 1439 г. об унии. Затем передал великому князю послание от папы, в котором Василий Васильевич приглашался быть усердным помощником митрополиту в деле введения унии. Быстрота и натиск, с каким действовал Исидор, настолько смутили князя, бояр и епископов, что они в первый момент как бы растерялись: "вси князи," говорит летописец, "умолчаша и бояре и инии мнози, еще же паче и епископы русскиа вси умолчаша и воздремаша и уснуша." Собравшись с духом, через три дня на четвертый великий князь Василий Васильевич объявил Исидора еретиком и приказал арестовать его. Тогда, "вси епискупы рустии возбудишася; князи и бояре и вельможи и множество христиан тогда воспомянуша и разумеша законы греческия прежния и начаша глаголати святыми писании и звати Исидора еретиком." Митрополита-униата заключили в Чудовом монастыре. Собор русского духовенства, обличив ересь Исидора , увещевал его раскаяться и чрез то получить милость. В виду непреклонности Исидора , его устрашали даже перспективами мучительной смертной казни и продолжали держать в заключении. Видимо, в Москве особенно не желали оказаться церковными бунтовщиками и, через отвержение Исидора , как бы отречься от церкви греческой. Поэтому и хотели упростить дело посредством обращения самого Исидора . Но обращение не удалось. Прошли весна и лето. Князь был по-прежнему в великом затруднении: как ему быть с еретиком-митрополитом? Но последний разрубил гордиев узел: в ночь на 15 сентября он бежал из своего заключения. Видимо, довольный таким исходом дела, великий князь посмотрел сквозь пальцы на бегство и запретил догонять беглеца. Из Москвы Исидор бежал через Тверь в Новгородок к литовскому великому князю Казимиру, а оттуда вскоре в Рим".
Вместо Исидора князь поставил в митрополиты Иону.

Вообще верно, что грекам нужны были деньги и помощь против турок. А объединяться они по-настоящему не хотели.
Кр. того, восточные христиане видимо ожидали, что западные откажутся от некоторых вещей, и объединение произойдёт на такой основе, а получилось не так, Собор признал филиокве и др. ... не противоречащими вере восточных христиан.

Восточные патриархи, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский высказались также против унии, был созван Иерусалимский Собор 1443 г., на кот. уния была осуждена.

В 1453 г. пала Византия.

Вопрос о Филиокве -- один из тех, которыми я непрерывно и систематически занимаюсь уже 6 лет.
Из последних официальных документов Церкви по этому поводу всем интересующимся проблемой очень рекомендую читать разъяснение Папского Совета по содействию христианскому единству от 1995 года "Западная и восточная традиции об исхождении Св. Духа" и предшествующее выступление Иоанна Павла II на аудиенции в 1993 году. В Сети есть на русском языке оба документа, поищу ссылки.

Краткое резюме: понимание "исхождения" в латинской радиции отлично от понимания термина в греческой. Латинский термин processio носит характер процесса, и акцентирует состояние отношений в Троице, греческий же термин "эпореюзис" указывает на исходный пункт, начало и причину в самом первичном смысле ("порос" значит дверь, порог, из которого всё исходит как изначальной онтологической данности). Богословы, входящие в комиссию, указывают на то, что вполне разумно в греческом варианте Символа произность его без "кай Хюйу" (и Сына), поскольку если воспринимать глагол "экпореютай" имено в том контексте, как воспринимают его греки, добавление "и Сына" будет неверным. Латинская традиция понимает под исхождением от Отца и Сына вечное отношение Персон: это богословская традиция, ведущая начало от Августина и находящая высшее выражение в трудах Ансельма Кентерберийского и Фомы Аквнского. Греческая же традиция предполагает несколько иной богословский подход, сам по себе правомерный и берущий начало в работах отцов-кападокийцев. Недоразумения и разногласия между богословами латинской и греческой традиций привели к тому, что обе стороны по разному понимали и термин "причинности". Собственно говоря, Ферраро-Флорентийский Собор, при всех его успехах, не смог осуществить по причинам нехватки времени и недостатка на тот момент продвинутых герменевтических методов, указать на это различие, и итоговое решение было принято на основании схоластического метода проверки текстов отцов.
Также оказали влияние экономические и политические особенности момента, когда греки из-за турецкой угрозы, с одной стороны, не были в состоянии отказаться от Унии, а с другой, не могли дать адекватного богословского анализа. На Соборе присутсвовалитолько два вида греческих богословов: убеждённые про-латинисты и каменные традиционалисты. Ни одного богослова школы Григория Паламы император вообще не привёз на Собор, опасаясь, что они будут непримиримы и сорвут планировшееся объединение. Их отсутсвие лишило латинских богословов компетентного оппонента и помешало более глубокому анализу имеющихся богословских разногласий.
Скорее всего, недостаток герменевтических инструментов всё равно не дал бы тогда достичь полноценного осмысления проблемы, но несомненно, что латинские богословы оказались в этом споре единственной мыслящей по-богословски стороной. Ведь метода Марка Эфесского с его едномышленниками был рабским, нетворческим сличением текстов. Обо всём этом очень интересно размышляет в своей докторской диссертации американский учёный Э. Слесинский. Текст этой диссертации на английском у меня есть.
Вообще, это интересная богословская тема. Моё впечатление после нескольких лет её изучения: непреодолимой богословской проблемы при нынешнем уровне герменевтики вопрос о Филиокве в отношениях католиков и православных не создаёт. Основные проблемы лежат в другом, в первую очередь отношении к примату Папы. И вот эти-то проблемы порождают то отношение к проблеме Филиокве, котрое не позволяет православным богословам серьёзно продвинуться к завершению этого старого спора.

Сообщение отредактировал Александр: 10 May 2008 - 19:52

http://apologia.narod.ru/cult/polem/filioque.htm
http://www.binetti.ru/collectio/theologia/filioque.shtml

http://vselenstvo.narod.ru/library/rusorth.htm

Тут в статье упоминается еще и Толедский Собор:

Это про что? И еще, если не трудно, можете сказать чем отличаются Никейский и Никео-Константинопольский символы веры?

http://bibliapologet.by.ru/statii/cred1.htm

Да, кто-то считал процент отличия Никейского Символа от Никео-Константинопольского, получилось, что примерно на 70% они различны. В НК Символе нет заключительного анафематизма и содержание Символа обогащено новыми элементами (о Церкви, едином крещении [против донатистов] и воскресении мёртвых) или изложено более подробно (в частности, учение о Св. Духе).

Никео-Цареградский иначе наз. Никео-Константинопольским (Константинополь=Цареград).

Читайте там:

"КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ СИМВОЛ....
... Этот Символ был, прежде всего, крещальным Символом Востока. Впоследствии, в V в., мы находим его в восточной литургии, в IX в. — во франкских Церквях, в XI в. — в Риме. Никео-Константинопольским он был назван только в XVII в. ...

Сообщение отредактировал Benazir: 11 May 2008 - 17:41

Еще в тему http://www.cerkva.od.ua/biblio/filioque.htm (после статьи о.Ф.Руло).
"ПАСТЫРСКОЕ НАСТАВЛЕНИЕ ГРЕЧЕСКОГО КАТОЛИЧЕСКОГО ЕПИСКОПАТА" (1973 г.)
– о причинах исключения филиокве из Символа Веры в Греческой Католической Церкви, мотивируется смысловым различием греческого "экпоревзиса" и латинского "процессио". Примерно то же, что и по ссылке Александра.

Сообщение отредактировал Venedict: 11 May 2008 - 19:37

А как возможно ознакомиться с диссертацией? И кто этот Слесинский - случайно не Robert Slesinski?

Нет, не Роберт. И даже не священник. Текст у меня, я мог бы на мэйл выслать. НО файл большой, в PDF формате (слой текста и слой картинки)

А можно мне на temarez [at] yandex.ru выслать?

Может я и не понял вопроса но на службе греко католической которой мне пришлось побывать Символ веры был с "Филиокве".

Не греко-католической Церкви, а греческой католической Церкви. Там служба по-гречески.

Извиняюсь за свой не правильный русский,потому,что уже более двадцати лет на нем разговариваю только дома,да и то не всегда.

Сообщение отредактировал alexoise: 21 February 2011 - 13:07

Филиоква - очевидно неправильно! Всё объясню. В начале Символа Веры Говорится о Причине Сына в Отце - Сын не сотворен, а Рожден Надвечно и Безлетно. На Следующем Вселенском Соборе Добавилась Вторая Часть Символа Веры о Духе - Здесь Говориться не о том, что Дух Подается Церкви и Святым от Отца и Сына (что было бы правильно, да и Дух по Своей Благой Воле Приходит), но о Причине Духа в Одном Отце, и если Сын Рождён, то Дух Исшёл Надвечно и Безлетно от Отца Только. А Если бы нужно было Богословское пояснение то Правильно Сказать - Исшёл от Отца и Почил Вечно и Надвечно на Сыне, как То Видел и Иоанн Предтеча - Свидетель Истинный! При том Святые Отцы, как Мефодий Патарский Видели в образе взятия Евы из ребра Адама - Образ Исшествия Святого Духа от Отца (человек- образ и подобие Троицы), такой наглядный и совершенно правильный образ опровергает филиокву и для не склонных к Богословию...
Кроме того у римокатоликов развилось и продолжение этого неправильного богословия, так Фома Аквинский пишет, что Отец - активное начало, Сын - активное и пассивное, а Дух - пассивное. Валаамов соблазн понукать Духом, а не Слушаться! Это взято Фомой у Оригена во многом. И далее некоторые на западе говорят и о де "иерархии" внутри Троицы, что отразилось и на самом домостроительстве слишком иерархическом западной церкви. По моему и современные лжехаризматики родственны ввёдшим филиокву.
Хотя Правилен Догмат Лурдский. Это ситуация Пергамской Церкви в Откровении Иоанна, когда в Церкви есть поросль николаитского лжеучения, но есть святые и мученики побеждающие и получающие Имя Новое на Белом Камне, Которое никто не знает, но кому Дано!

Католики также считают, как и Православные, что Лица Троицы равнозначны. Безо всякого принуждения и понукания. Акт исхождения не есть акт принуждения. Вы употребляете прошедшее время - Дух исшел, рожден, почил. Это о вневременном Боге сказать не возможно. Свойства Отца (исхождение Духа) присущи и Сыну.

А в чем человек прообраз Троицы? Да и человека ли приводить в пример? С его то болезненной и искаженной природой? Тут душу бы найти, а не Триединого.. Уж скорее Солнце - тело, свет, тепло

При том Святые Отцы, как Мефодий Патарский Видели в образе взятия Евы из ребра Адама - Образ Исшествия Святого Духа от Отца (человек- образ и подобие Троицы), такой наглядный и совершенно правильный образ опровергает филиокву и для не склонных к Богословию...

А чем опровергается филиокве? Тем что мужчина и женщина имеют одну природу?

Мне думается, вопрос не в богословском осмыслении "филиокве" - православные богословы соглашаются со многими определениями и размышлениями католиков на эту тему. Наше неприятие этой "вставки" и соответствующего догмата, скорее от-того, что она видится неуместной - как поздно появившаяся и требующая точного пояснения.

Между тем, такого чёткого и ясного определения догмата, которое может быть принято нашим богословием как вполне православное и одновременно, что важно, исключения других, неправославных трактовок, у католиков нет.

Чтобы сравнивать католические определения с православными и определять, ортодоксальны они или нет, необходимо иметь собственное целостное видение проблемы. Между тем, когда разговор переходит в предметную плоскость, обнаруживается, что такого единого для православных видения не существует. Так, формула "через Сына" имеет, минимум, три трактовки у православных богословов и, соответственно, форумских авторов, с которыми приходилось иметь дело.

Да, и в этом причина, наверное. Но согласитесь, первым должен чётко пояснить свою позицию тот, кто выдвигал теологумен. Новые условия КЦ, внутренние и внешние, это позволяют.

Сообщение отредактировал deacon Frost: 16 October 2011 - 20:51

Но такие пояснения давались. И, как я вижу, есть иерархи - тот же патриарх Варфоломей, которые соглашаются в свете этих пояснений считать проблему исчерпанной. Есть и рядовые любители богословия, не считающие Филиокве препятствием. Почитал я, скажем, на "Слове" тему про Афанасьевский символ с участием Иоанна двадцать второго - по-моему, он не написал ничего такого, с чем нельзя было бы католику согласиться (если я был внимателен). В общем, главное - настроиться на понимание, а не уличение.

Не есть ли это Filioque, выраженное иным богословским языком? То, что это именно так, по крайней мере косвенно подтверждается тем фактом, что патриарх Фотий в своей "Мистагогии", ссылаясь на святителя Григория Двоеслова, приводит его слова в казалось бы искаженном виде: "Дух исходит от Отца и в Сыне почивает". Если мы обратимся к латинскому оригиналу, то обнаружим, что Григорий Великий не только не был противником Filioque (таковым, как я понимаю, хотел его выставить Фотий), но приводимый Фотием отрывок прямо в оригинале звучит очень неудобным для константинопольского патриарха образом: "Дух исходит от Отца и Сына". В чем же дело? Неужели Фотий дерзнул так исказить святоотеческую цитату в свою пользу? Отнюдь. Не зная латинского языка, он привел цитату по греческому переводу, осуществленному Папой Захарией. Единственным адекватным объяснением причины такого вопиющего, на первый взгляд, несоответствия перевода исходному тексту мне представляется четкое понимание Папой различия богословского языка Востока и Запада, что он и отразил в своем переводе.

У меня аж голова заболела от попытки понять.Так таки Отец и Сын вместе источник Духа или Отец единый источник а Сын в этом еще как то иначе участвует?
Я езще могу понять что "через Сына" не только в откровении но и онтологически вневременно но вот это "как один источник" и понять трудно и совместить с Монархией Отца непросто.Я так понял что сейчас Слава Господу большинство пришло к первому пониманию

Сообщение отредактировал Pawlo: 17 October 2011 - 23:26

А разве святая Дева говорила там какие то догматы?


Сын - нерожден?

Подразумевается оговорка "кроме отцовства".

Но в Троице только природные и ипостасные свойства.Если обосновывать исхождения Духа и от Сына единосущием Сына с Отцом то Дух как единосущный им должен тогда и сам от себя исходить.
Впрочем как я выше писал вариант с предвечным а не только онтологическим "через Сына " я допускаю как нормальный телеогумен в чем солидарен с Болотовым и нынешним вселенским патриархом.
И все было бы нормально и может и не делил бы нас сей вопрос не будь у некоторых наших фанатизма по этому поводу с одной стороны и не употрябляй католики в защиту филиокве вот такие вот савеллианские аргументы.

А иметь бытие от Отца - природное свойство или ипостасное?


Так онтологическое и есть предвечное. Разве нет?

Наверное, имелось в виду "икономическим"